Sunday, 18 November 2012

Noginsk / Ногинск

Epiphany Cathedral, Noginsk / Богоявленский Собор, Ногинск
Epiphany Cathedral, Noginsk / Богоявленский Собор, Ногинск
Rogozhy, a 14th century village, received town status and a richly sounding name - Bogorodsk (Noginsk in present) in 1781. By then, the newly established town had been home for just 100 residents. A century later there were already about 3,000 buildings, with approximately 850 dwellings.

The town’s contemporary Epiphany Cathedral (1767) is still an acting church. Public worship in the cathedral was ceased between 1938 - 1989, when minor orders, clergy, and some parishioners were executed by shooting.
Село Рогожи 14 века получило статус города со звучным именем Богородск (ныне Ногинск) в 1781 году. Жителей новоучрежденного города насчитывалось чуть более 100 человек. Век спустя одних только построек в городе насчитывалось около 3000, из которых жилые дома составляли примерно 850.

Ровесник города Ногинский Богоявленский собор (1767) действует и поныне. Богослужения в соборе прекращались лишь с 1938 по 1989, когда были расстреляны священно и церковнослужители, а также активные прихожане храма. 
Bogoroditse-Gluhovskaya factory, Noginsk / Богородице-Глуховская мануфактура, Ногинск
Bogoroditse-Gluhovskaya factory, Noginsk / Богородице-Глуховская мануфактура, Ногинск
From the mid- 19th century, Bogorodsk became a large textile centre. It’s most noticeable enterprise, the Bogoroditse-Gluhovskaya factory, belonged to the Morozovs', an industrialists’ dynasty. The scale of the enterprise could be judged by the number of the workers involved in the production process; about 10,000 of them were employed by the end of the 19th century. The factory sales market was not limited only to Russia . It also imported to China, Mongolia, Central Asia, Persia, Turkey, Romania, and Bulgaria.

It is remarkable that a great-grandson of a peasant and the dynasty founder Savva V. Morozov (1770-1860), Arseniy Ivanovich (1850-1932) - under whose management the factory reached its greatest success - studied the textile business in Manchester, England, which was a major textile centre in Europe. Not only was Arseniy learning the cutting-edge technologies of the time, but probably familiarized himself with the newest political economy articles, as well as witnessed the arise of the trade unions movement among blue-collar workers.  

С середины 19 века Богородск становится крупным текстильным центром. Самое крупное предприятие отрасли, - Богородице-Глуховская мануфактура принадлежала династии фабрикантов Морозовых. О масштабах производства можно судить хотя бы и по численности рабочих фабрики, - а к концу 19 века их насчитывалось около 10000. Торговала мануфактура не только в России, но и в Китае, Монголии, Средней Азии, Персии, Турции, Румынии и Болгарии.

Примечательно, что правнук основателя династии Морозовых, крестьянина Саввы Васильевича (1770-1860), - Арсений Иванович (1850-1932) при котором мануфактура достигла наибольшего расцвета, учился текстильному делу в Англии, в Манчестере, - крупном текстильном центре Европы. Здесь он не только изучал передовые методы организации производства того времени, но, возможно, и ознакомился с новейшими работами по политэкономии, а также стал свидетелем зарождавшегося профсоюзного движения в рабочей среде.
Workers’ barracks, Noginsk / Бараки рабочих, Ногинск
Workers’ barracks, Noginsk / Бараки рабочих, Ногинск
While head the factory in Russia, Arseniy Morozov not only concentrated on technical issues, but also paid attention to the working conditions and wellbeing of the workers. The factory premises and the workers’ barracks he built were equipped with ventilation, sewerage, and warm-air heating systems. In addition, the factory provided the workers with both the auxiliary premises for private use and intensified lighting of the working places.

However, although the housing was free, the workers were living in cramped conditions (2-3 square metres per person), they worked 12 a day, and an average salary was 2-3 times lower than in Europe or US. No wonder, that in 1905 the workers of the Bogoroditse-Gluhovskaya factory demanded the management to improve the working conditions. The petition included the following: a mandatory 8-hour working day, abolition of overtime, double payment for holiday shifts, abolition of fines and searches, reduction of white-collar staff, medical allowance, full salary when sick, etc. Yet that factory conditions were among the best in Russia. It did not suffer from large unrests or strikes.  
Возглавив производство в России, Арсений Морозов сосредоточился не только на технической стороне дела, но и на условиях труда и жизни рабочих. Помещения фабрики и бараки, построенные им для рабочих имели вентиляцию, канализацию и воздушное отопление. Также на фабрике были выделены подсобные помещения для нужд рабочих и усилено освещение рабочих мест.

Но хотя жилье и предоставлялось бесплатно, жили рабочие скученно(на человека приходилось 2-3 квадратных метра, рабочий день длился 12 часов, да и в среднем рабочие России получали в среднем в 2-3 раза меньше, чем Европейцы или Американцы. Неудивительно, что в 1905 году рабочие Богородице-Глуховской мануфактуры выдвинули ряд требований к руководству по улучшению условий труда. Их обращение включало: обязательный 8-часовой рабочий день, отмена сверхурочных работ, двойная оплата за работу в праздничные дни, отмена штрафов и обысков, сокращение штата служащих, медицинское пособие, сохранение зарплаты на период болезни и т.д. Тем не менее, условия на этой фабрике были одними из лучших в России. Крупных волнений или забастовок на данном предприятии не было.
Wooden house, Noginsk / Деревянный дом, Ногинск
Wooden house, Noginsk / Деревянный дом, Ногинск
The factory's   white-collars workers, including quite a number of foreign specialists, were allotted wooden houses. Given the fact that most of the equipment was made in England, their help was indispensable.
Служащие мануфактуры, среди которых было немало и иностранных специалистов размещались в деревянных домах. А так как большая часть оборудования была английского производства, помощь иностранцев была незаменима.
College, Noginsk / Училище, Ногинск
College, Noginsk /  Училище, Ногинск
Even today’s textile industry could not be considered eco-friendly. And the early 20th century technologies were hardly any safer for the human health. That is why a huge factory built in the middle of nowhere could not possibly cope without a medical supervision. The more so that the town’s infrastructure would obviously not had been able to manage the population explosion. Besides, legislation (1912) obliged manufacturers to provide first aid and ambulatory medical care for their employees if there were no other public institutions available. The Morozovs had built a hospital, as well as a tuberculosis sanatorium, public baths, and a maternity hospital.

It would be fair to point out a number of the Morozovs’ philanthropic projects of the early 20 century, which were enhancing the wellbeing of the factory employees and their families. A park, a stadium with running and cycling tracks, a boating station, and a theatre – toured by the best Moscow theatre troops – were built. The Morozovs’ chorus of the factory was well known all over the country and even released a couple of records.
Ткацкое производство и сегодня не считается экологически-чистым, а технологии начала 20 века и уж никак не могут похвастаться безопасностью для  здоровья человека. Поэтому огромная фабрика, построенная в чистом поле просто не могла обойтись без медицинского надзора, а городская инфраструктура явно не справилась бы со стремительным ростом населения. К тому же фабриканты законодательно (1912)обязывались обеспечить первую медицинскую помощь и амбулаторное лечение своих рабочих в случае отсутствия государственных медицинских учреждений. Морозовы открыли больницу, а также туберкулезный санаторий, баню и родильный дом.

Справедливости ради надо отметить и ряд других филантропических проектов Морозовых начала 20 века на благо сотрудников и их семей: разбит парк, построен стадион с беговыми дорожками и велотреком, открыта лодочная станция, театр, в котором давали гастроли лучшие московские труппы; хор при мануфактуре был известен на всю страну и выпустил несколько пластинок.   
School, Noginsk /  Школа, Ногинск
School, Noginsk /  Школа, Ногинск
The first laws regulating industrial work and education of those underage appeared in Russia only in the 1880-s. Initially there were plans to organize their education at the expense of the manufacturers, but soon they were abolished, and the state stepped in.  Nonetheless, the industry had been long demanding a more skilled workforce. Rather then wait for the issue to solve itself, the Morozovs were funding new schools and colleges.
Первые законы, регламентировавшие труд и обучение несовершеннолетних на производстве вышли в России только в 1880-х. Изначально планировалось организовать их обучение за счет фабрикантов, но впоследствии заботы об образовании несовершеннолетних взяло на себя государство. Тем не менее, интересы производства уже давно требовали повышения квалификации рабочих. И Морозовы сами спонсировали открытие школ и училищ не ожидая пока вопрос разрешится сам собой. 
Shopping arcade, Noginsk / Торговые ряды, Ногинск
Shopping arcade, Noginsk / Торговые ряды, Ногинск
The supply of foodstuffs and consumer goods supply to the factory employees was organized in a big way. In most cases, that was the same Morozovs’ other enterprises - to feed and cloth 10,000 workers daily. In stores belonging to the Morozovs as well, the employees could buy on credit. However, there was also a practice of compulsion upon the employees to buy only from the above stores.
На широкую ногу было поставлено и обеспечение рабочих и служащих мануфактуры продовольствием и товарами бытового назначения. В большинстве случаев это была продукция предприятий самих же Морозовых.  В принадлежащих им же лавках работники имели возможность приобрести товары в кредит. Однако, практиковалось и принуждение к покупке исключительно у Морозовых.
Tikhvin church, Noginsk / Тихвинский Храм, Ногинск
Tikhvin church, Noginsk / Тихвинский Храм, Ногинск
The Morozovs’ were Old-believers. A branch of the Russian Orthodox Church (ROC), Old-believers had split from the ROC in the mid- 17th century as they did not accept Patriarch Nikon’s reform of the ROC. The opposition grew into the victimization and mass executions of the Old-believers. Persecutions from the ROC and the autocracy had only softened in the mid- 19th century. Yet it was not fated for the Old-believers to free from suppression. The Revolution of 1917 did not accept religion in principle; there was no difference in the new repressions against the ROC and the Old-believers.
Морозовы принадлежали к Старообрядческой ветви православной церкви, отколовшейся от РПЦ в середине 17 века в силу неприятия реформ патриарха Никона. Противостояние переросло в преследование и массовые казни Старообрядцев. Гонения со стороны РПЦ и самодержавия смягчились только в середине 19 века, но полностью освободиться от репрессий Старообрядцам так и не удалось. Революция 1917 года в принципе не приемлела никакой религии и репрессии коснулись как Старообрядцев, так и РПЦ в равной степени.
Office building, Noginsk / Офисное здание, Ногинск
Office building, Noginsk / Офисное здание, Ногинск
World War I, a bad harvest, hunger, shortage of cotton supply, lack of spare parts and components from Western countries, the Revolution of 1917 and the subsequent nationalisation, replacement of the management and decrease in qualified workforce resulted in a huge drop in the production volumes of the Bogoroditse-Gluhovskaya factory.  Unfortunately, Arseniy Morozov (1850-1932) did not see a rebirth of the factory at the end of the 1930, when production gained  pre-Revolutionary levels. About the same time, the factory organized a subsidiary. Similar to Morozovs’ stores, it supplied the employees with the foodstuffs, etc.


I Мировая война, неурожай, голод, сокращение посевных площадей под хлопок, закрытие Западных рынков и отсутствие запасных частей и комплектующих, революция 1917 с последующей национализацией и заменой руководящего состава и выбывание квалифицированных кадров привело к существенному сокращению объемов производства на на Богородице-Глуховской мануфактуре. К сожалению, Арсений Морозов (1850-1932) так и не дождался ее возрождения в конце 1930-х, когда производство достигло довоенного уровня. Примерно в это же время предприятие обзавелось собственным подсобным хозяйством, как и бывшие Морозовские лавки, снабжавшее работников продовольствием и т.п.
Soviet brick house, Noginsk / Кирпичный дом Советского периода, Ногинск
Soviet brick house, Noginsk / Кирпичный дом Советского периода, Ногинск
With the revival of textile production, the housing problem returned to Noginsk. There were financial limitations for the development within the first Soviet decade. In the 1940s-50s the situation did not improve due to the need to restore the economy after WW2. And only by the 1970s, a century after the housing problem formation, was a tangible progress achieved.
С возрождением текстильного производства в Ногинске опять возникла проблема с жильем для рабочих. В первое десятилетие Советского периода финансирование нового строительства было ограниченно, в 40-50-х оно затянулось еще из-за необходимости восстановления экономики после Мировой войны. Tолько век спустя после возникновения жилищной проблемы в 1970гг. удалось достичь реального прогресса в ее разрешении.
Main street, Noginsk / Центальная улица, Ногинск
Main street, Noginsk / Центальная улица, Ногинск
In the Soviet period Сonstructivism, Stalin Empire, and Neoclassicism buildings supplemented the Morozovs’ brilliant Art Nuevo in Noginsk. Most of the historical town centre is in a good condition and awaits tourists, who are a rare species here these days.
В Советский период блистательное Морозовское Art Nuevo Ногинска дополнили здания в стиле Конструктивизма, Сталинского Ампира и Неоклассицизма. Большая часть исторической застройки центра города неплохо сохранилась и ожидает пока немногочисленных здесь туристов.
WW2 memorial, Noginsk / Памятник героям Великой Отечественной, Ногинск
WW2 memorial, Noginsk / Памятник героям Великой Отечественной, Ногинск

During WW2 a military pilots’ school operated in Noginsk, and the town’s industrial enterprises were reorganised to serve the army's needs.
Во время Великой Отечественной войны в Ногинске была организована школа военных летчиков, а промышленность города была переориентирована на выпуск продукции военного назначения.
Industrial buildings, Noginsk / Промышленные здания, Ногинск
Industrial buildings, Noginsk / Промышленные здания, Ногинск
Disintegration of the Soviet Union resulted in a major loss of sales and raw material markets for the textile industry, and the county’s home market was opened to cheap imported goods. As a result, textile enterprises of Noginsk had to considerably cut their production volumes. Some efforts at reorganization brought no success. In 2000 the heir of the Morozovs’ empire JSC Gluhovskiy Tekstil was declared bankrupt.


                                                                   
С распадом Советского Союза многие рынки сырья и сбыта текстильной промышленности России были утеряны, а собственный рынок открыт для дешевого импорта В результате текстильные предприятия Ногинска были вынуждены существенно сократить объемы производства, а отдельные попытки реорганизации производства не увенчались успехом. В 2000 году наследник империи Морозовых ОАО «Глуховский текстиль» было признано банкротом.
Trade centre, Noginsk / Торговый центр, Ногинск
Trade centre, Noginsk / Торговый центр, Ногинск
The durability of the Morozovs’ buildings demonstrates the remarkable quality of the construction works. Dating about 1900 they are still in commercial use today.
О добротности строительных работ при Морозовых говорит тот факт, что здания 1900-х годов  используется коммерческими организациями и по сей день.
Art Nuevo ruins, Noginsk / Руины Модерна, Ногинск
Art Nuevo ruins, Noginsk / Руины Модерна, Ногинск
However, a number of the buildings require a proprietary interest. It would be wonderful, should these buildings be blessed with a new life in Noginsk.
Тем не менее, ряд зданий требует хозяйской руки. Было бы прекрасно, чтобы эти уникальные здания обрели новую жизнь в Ногинске.
New blocks of houses, Noginsk / Новые кварталы, Ногинск
New blocks of houses, Noginsk / Новые кварталы, Ногинск
The new blocks of modern houses in Noginsk can be proud of cleanness and good amenities. Yet the local traffic jams are about the same those of Moscow.
Новые кварталы современного Ногинска могут похвастаться чистотой и благоустроенностью, однако пробки здесь не хуже московских.
Public garden, Noginsk / Сквер, Ногинск
Public garden, Noginsk / Сквер, Ногинск
Noginsk has many public gardens and a park with a lovely lake. Nonetheless, because of the large number of the industrial enterprises the town is suffering air pollution problems.
В Ногинске много скверов и парк с прелестным озером Тем не менее, из-за большого числа промышленных предприятий город испытывает проблемы с загрязнением воздуха.